Вы здесь

Острая сочетанная травма лица и головного мозга

Острая сочетанная травма лица и головного мозга

В челюстно-лицевой области имеется весьма сложное сочетание большого числа сосудов, нервных стволов (соматических и вегетативных), желез, мышц, костей. Тесная анатомическая связь лицевого и мозгового черепа, органов лица между собой и полостью рта, носом, глоткой и ротоглоткой создает определенные особенности течения повреждений челюстно-лицевой области.

При сочетанной травме челюстно-лицевой области и головного мозга, кроме изменений в организме, вызываемых переломом самой кости, возникают нарушения, связанные с повреждением головного мозга. В этих случаях вступает в действие сложный механизм взаимного влияния повреждений лицевого скелета и головного мозга, серьезно нарушающий кортико-висцеральную регуляцию.

Патофизиологические исследования, проведенные Frowein, показали, что при травме лица и черепа наибольшую опасность для жизни представляют расстройства дыхания и кровообращения; последние, обусловливая кислородное голодание мозга, вызывают в нем дополнительные расстройства.

Существенную особенность в нарушении мозгового кровообращения, обусловленного патологией экстракраниальных отделов сонных артерий, отметил Л. Е. Пелех. Он доказал, что среди этиологических агентов, вызывающих вторичные тромбозы и стенозы сонных артерий, важное место принадлежит последствиям черепно-шейно-лицевой травмы.

Верхние дыхательные пути являются мощным рецепторным полем, афферентные импульсы которого имеют большое значение для регуляции дыхания. Многочисленные механо-, баро- и хеморецепторы верхних дыхательныx путей принимают непосредственное участие в формировании частоты, амплитуды и ритма дыхания.

Это приобретает большое значение при сочетанной травме челюстно-лицевой области и головного мозга, так как повреждение мягких тканей лица, шеи, отек, гематомы, переломы костей лицевого скелета, западание языка нарушают проходимость верхних дыхательных путей, то есть внешнее дыхание по периферическому типу.

А. П. Фраерман, Н. А. Звонков и Л. Б. Лихтерман , Б. С. Свадковский подчеркивают, что при сочетании травмы головного мозга и челюстно-лицевой области выражены респираторные расстройства вследствие окклюзии дыхательных путей.

Тяжесть течения повреждения головного мозга при сочетанной челюстно-лицевой травме усугубляется раздражением локализующихся на шее и в челюстно-лицевой области мощных рефлексогенных зон, симпатических и парасимпатических узлов и сплетений интенсивными кровоизлияниями и непосредственным разрушением.

В вегетативной иннервации образований лица исключительно важное место, по мнению В. А. Смирнова, занимают периартериальные сплетения и 5 ганглиев: ресничный или цилиарный, крылонёбный, ушной, подчелюстной и подъязычный. Вегетативная нервная система состоит в тесной анатомо-физиологической связи с ретикулярной или сетевидной формацией. Все импульсы по афферентным путям, в частности, тройничного нерва поступают в ретикулярную формацию мозгового ствола.

На материале только одного узкопрофильного отделения довольно трудно выяснить сложную картину взаимосвязи повреждений лица и смежных органов, а также механизм, обусловливающий вовлечение головного мозга в травматический процесс. Учитывая нейростоматологическую направленность нашей работы, мы исследовали больных в 2 клиниках (стоматологической и нейротравматологической). Наши исследования охватывают основную массу пострадавших с повреждениями челюстно-лицевой области, которым было показано стационарное лечение.

Мы исследовали 1097 больных с челюстно-лицевыми повреждениями и материалы экспертизы 295 трупов с повреждениями лицевого и мозгового черепа.

Для госпитализации в специализированную стоматологическую клинику показателем являлась тяжесть травмы челюстно-лицевой области, независимо от того, сопровождалась ли она симптомами поражения головного мозга. В нейротравматологическое отделение поступали больные, у которых врач, оказывавший первую помощь, подозревал закрытую черепно-мозговую травму.

Смешанная опухоль слюнных желез



Обследование пострадавших проводили по единой методике. Влияние травмы лица и челюстей на функции головного мозга изучали совместно с невропатологом, нейрохирургом, нейроофтальмологом и отиатром, у 155 пострадавших с челюстно-лицевыми повреждениями исследовали биоэлектрическую активность головного мозга, многим больным электроэнцефалограммы регистрировали неоднократно (некоторым до б раз). Пострадавших доставляли в лабораторию электроэнцефалографии и для исследования располагали в положении лежа в экранированной камере. На голове больного фиксировали электроды, представляющие собой оловянные диски, обернутые ватой, смоченной в физиологическом растворе. Электроды крепили при помощи резиновых бинтов в симметричных участках затылочной, теменной, височной и лобной областей. Расстояние между электродами составляло около 4 см. Отведение биполярное. При исследовании больных применяли физиологические нагрузки (открывания и закрывания глаз, гипервентиляция и ритмические световые мелькания).

Течение болезни изучали в динамике визуально, повторными анализами крови, многократными измерениями артериального давления, пульса, контрольными ЭЭГ и рентгенограммами.

У обследованных больных наблюдали многообразные повреждения различных костей и тканей лица. В настоящее время определяются некоторые общие закономерности, которые имеют значение не только для выбора наиболее эффективной тактики лечения, но и для профилактики травматизма. Характер и локализация повреждений мягких тканей и костей лицевого черепа были следующими: перелом нижней челюсти — 425 (39+1,4%) больных; ушиб лица —337 (31 ±1,3%); перелом костей носа— 210 (19±1,1%); перелом скуловой кости — 80 (7± ±0,7%); перелом верхней челюсти —31 (3±0,4%); сочетанные переломы костей лица — 14 (1,2%) больных.

Среди 1097 больных было 896 (81,8%) мужчин и 201 (18,2%) женщина. Наши данные о соотношении количества пострадавших мужчин и женщин близки к данным других авторов.

Возраст пострадавших колебался от нескольких месяцев до 93 лет. Высокий процент травмированных (37,1 + 1,4%) отмечен в возрасте 21—30 лет. Много увечий (19,9±1,1%) приходится на возраст 31—40 лет, хотя удельный вес этой группы больных в общем числе пострадавших почти вдвое меньше предыдущей.

Это можно объяснить тем, что лица, относящиеся к этим возрастным группам, чаще других пользуются личным и общественным транспортом, дольше бывают на улицах и магистралях с усиленным движением, занимаются спортом, охотой.

Особый интерес представляет сравнительно большая по количеству пострадавших и по удельному весу группа людей от 17 до 20 лет.

Значительный интерес вызывают сдвиги в причинах травматизма, происшедшие за последние два десятилетия.

По данным Η. М. Михельсона, несчастные случаи на производстве по удельному весу занимали второе место. В. С. Дмитриева, Т. М. Лурье отмечают значительное снижение производственного травматизма среди лиц, получивших повреждения челюстно-лицевой области. Уровень промышленного травматизма, по данным Ю. И. Вернадского, снизился до 10,3%, по нашим данным — 12,5+0,9%.

Неуклонное снижение промышленного травматизма, которое отмечают советские ученые, является закономерностью социалистического строя, высокого индустриального развития страны, непрерывного роста общей и технической культуры народа.

Большой удельный вес занимают несчастные случаи, связанные с обстоятельствами бытового характера (59,7+1,4%). Рост бытового травматизма в общей статистике несчастных случаев объясняется многими причинами, в том числе обилием удобных, но до некоторой степени опасных электрических, механических приборов и приспособлений, используемых для механизации домашних работ (садового опрыскивателя, ручного наждачного камня, баллона для газирования воды и др.), недостаточным освещением подъездов и лестничных клеток, подвалов, погребов, в результате чего наблюдаются частые падения, ушибы, переломы лицевых костей. Распространенной причиной увечий в быту является и алкогольное опьянение.

Наши исследования показывают, что из общего количества больных, госпитализированных в стоматологический стационар по поводу повреждения челюстно-лицевой области, закрытая черепно-мозговая травма диагностирована невропатологами лишь у 26,6±1,6%, у остальных пострадавших повреждения головного мозга клинически не установлены.

Часть больных с клинически недиагностированной черепно-мозговой травмой была подвергнута более глубокому обследованию с применением объективных диагностических методов — электроэнцефалографии, пробы на никотиновую кислоту и биохимическим исследованиям крови. По своему составу эта группа типична и сопоставима с общим контингентом пострадавших. Статистически значимые результаты исследований показали, что в среднем частота повреждений головного мозга находится в пределах от 86±1,3 до 100%.

Статистическую обработку полученных результатов исследования производили по методам «хи-квадрат» (X2), процентных сравнений средних величин по критериям t или d и сравнению дисперсий по критерию F, с использованием для расчетов таблиц В. С. Генеса ; В. Ю. Урбаха; Ф. И. Макеева; Р. Б. Стрелкова. Применяли также непараметрические методы: инверсий Вилкоксона—Манна—Уитни, серийный критерий, точный метод Фишера и критерий Уайта. Конечной целью расчетов являлось определение вероятности случайности (P) изучаемых различий.